Во имя Аллаха Милостивого и Милосердного! Хвала Аллаху Господу миров! Мир и благословение посланнику Аллаха Мухаммаду, его семье и сподвижникам. Кого направил Аллах, того никто не собьет, а кого Аллах сбивает с пути, того никому не направить.
Вопрос «кому ненавистен Шариат?» может показаться на первый взгляд странным. Понятно, что Шариат и непреклонные перед неверными мусульмане ненавистны кяфирским режимам от фараонства до демократии. Но о его несостоятельности безо всяких угрызений совести заявили «мусульмане», при этом вероломно утверждая о своей причастности к Таухиду.
Безусловно, Шариат — это средство для достижения цели. Но цели, что очевидно, бывают разными.
Те, кто проявляют рвение на пути Тагута, зачастую идут на компромисс, внося «шариатские поправки» в свою идеологию, рассчитывая тем самым приобрести сторонников в лице мусульман и даже, если повезет, выторговать у Всевышнего победу.
Но от этого их Тагут не становится более достойным того, чтобы ради него усердствовать!
Рано или поздно позитивный процесс исламского совершенствования диктует необходимость приоритета Шариата и упразднения лжецели во всех её проявлениях. И именно тогда сторонники Тагута начинают строить тайные и явные козни против верующих, не чураясь ни лжи, ни хулы, ни оговоров, ни фальсификаций.
Как сказал Аллах Всевышний: «Когда им говорят: «Придите к тому, что ниспослал Аллах, и к Посланнику», — ты видишь, как лицемеры стремительно отворачиваются от тебя.» (ан-Ниса, 61)
Поистине, их козни слабы! По воле Аллаха их действия оборачиваются против них самих. И в этот момент срываются маски, и предстают очевидными заблуждения тех, кто наделяет атрибутом святости что ни попадя — начиная от свободы, независимости и «здорового национализма», и заканчивая «президентским местом».
Как сказано о таких в Къуране: «Они пытаются обмануть Аллаха и тех, которые уверовали, но обманывают только самих себя и не знают. В сердцах их болезнь. И Аллах усилил их болезнь! Для них — мучительное наказание за то, что они лгут». (аль-Бакара, 9–10).
Кровью муджахидов и жизнями шахидов (иншаАллах) на пути Аллаха по Его милости действительно достигнуто многое. Корректируя ради Аллаха заблуждения и ошибки предтеч, избавляясь от всех ипостасей ширка, искореняя невежество и непонимание, искренние мусульмане упорно стремились к довольству своего Господа. И в этих богоугодных усердиях сформировалось и окрепло новое поколение воинов Аллаха, «обработанных» Таухидом, облагодетельствованных иманом, усиленных правильной акидой и руководствующихся Шариатом. Аллаху Акбар!
И эти мусульмане четко осознали, что «неуклонное соблюдение религии, покорность Аллаху во всем и всегда, гораздо важнее любой поставленной военной или политической цели. Нельзя расходовать себя на пути создания независимого государства, например. Расходовать себя следует на пути Аллаха, а построение государства это лишь одно из предписаний шариата, и оно не может быть самоцелью, как и джихад».
Таким образом, процесс исламской модификации ЧРИ осуществлялся в несколько этапов, каждый из которых стал своеобразной характеристикой уровня религиозного самосознания задействованных в нем мусульман. Так в 2002 году на смену Конституции пришла Конституция с «шариатскими поправками». На большие жертвы сторонники Тагута не рассчитывали, искренние мусульмане продолжали стремиться к довольству Аллаха. И Аллах, Субханаху ва Та'аля, как и было обещано в Къуране, повел Его путями усердствовавших ради Него (аль-'Анкабут, 69). В конце 2007 года амир муджахидов Абу Усман (Докку Умаров) выступил с заявлением, в котором отрекся от любых проявлений идолопоклонства, и утвердил для своих подчиненных исламскую систему правления. Он официально объявил о своей непричастности к закону тагута, к критериям, системам, терминам, идеям и целям кяфиров и многобожников.
До этого многие мусульмане воздерживались от участия в боевых действиях на стороне чеченского сопротивления, не желая становиться под сомнительные знамена, и сражаться под демократическими и национально-освободительными лозунгами. Они сомневались в необходимости помогать тем, кто сделал лейтмотивом борьбы построение пусть и независимого, но от этого не менее кяфирского государства, нарушая при этом принципы акиды и Шариата.
И эти опасения не были беспочвенными, потому как известно, что тот, кто становится под неисламские знамена, поддерживает их и подчиняется лидерам, поднявшим эти знамена, рискует в день Страшного Суда оказаться с ними в одной компании.
Но были и другие мусульмане, позиция которых нашла выражение в словах амира СейфуЛлаха: «Мы согласны с тем, что далеко не все правильно, и что нельзя присоединяться к чему попало. И конечно мы знаем, что джихад имеет свои правила и условия согласно шариату. Но джихад — это личная обязанность каждого. И нельзя сидеть и ждать пока все условия возникнут сами по себе, или кто-то сделает все за вас.
То, что необходимо для выполнения обязательного предписания — тоже становится обязательным, если оно не запрещено. Стараться исправлять неправильное — это наш долг. Если лидер запрещает призывать к таухиду или повелевает совершать харам, помните, что нет подчинения созданному, если он повелевает ослушаться Создателя. Необходимо самим проявлять инициативу, делать так, как повелел Аллах. Разве можно оставлять религиозную обязанность, из-за того, что кто-то другой ее неправильно выполняет. Есть хорошая русская пословица: «если хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам»».
Они, решив совместить Джихад с призывом к одобряемому и удерживанием от предосудительного, отозвались на призыв стать гражданами Исламского государства Ичкерия и войти в состав военного маджлиса муджахидов Кавказа только после того, как стало известно, что на нем планируется принять решение о полном отказе от языческих атрибутов в системе государства. Соответственно конституционный строй и республиканская форма правления подлежали перспективе ликвидации, что в последствии с помощью Аллаха и произошло.
Тогда противники Таухида, видя, что их и без того изрядно потрепанный Тагут испускает последние вздохи, с завидной, осатанелой настойчивостью принялись сеять смуту неверия.
Не будучи в силах поднять мятеж против правителя мусульман, не находя аргументов, чтобы убедить верующих в том, что конституция правильнее Шариата, демократия правильнее Ислама, а республика правильнее Имарата, они стали апеллировать к чувствам этно-национальной (племенной) уникальности, якобы попранной засланцами извне в рамках осуществляемого ими «античеченского проекта». На фоне изречений о «святости ЧРИ», обожествления чеченских лидеров, возвеличивания «индивидуалистического» этносознания, проявились антагонистические настроения в отношении муджахидов-инородцев. Как сказал о таких Аллах Всевышний: «Поистине, любящим, чтобы распространялось мерзкое среди тех, кто уверовал, уготовано мучительное наказание в этом мире и в мире вечном …» (ан-Нур, 19)
Некоторые из них заявили, что «поддержка кавказских муджахидов — тяжесть, которую тянет на себе чеченский народ», не учтя непреложности того, что война на данном этапе ведется исключительно против мусульман, как таковых, на всей территории Кавказа. Тогда, когда чеченцы поддерживали Джихад в подавляющем большинстве, они действительно являлись для врага объектом уничтожения. Но сегодня и демагоги-евроичкерийцы, и адаптировавшиеся приспособленцы, и тем более пророссийские коллаборационисты ему стали без интересны как элементы, утратившие какой-либо действительный потенциал противостояния.
Врагу, как и слугам Тагута, ненавистны только воины Аллаха! Только против них — и чеченцев, и не чеченцев, он намерен вести кровавую и беспринципную войну где бы то ни было.
На муджахидов, которые знают, что «Аллах любит тех, которые сражаются на Его пути рядами, словно они — прочное строение» (ас-Сафф, 4), происки подстрекателей, естественно, не возымели воздействия.
Тогда они стали утверждать, что «Имарат Кавказ — это фикция», аргументируя это тем, что «политическая ситуация на Кавказе с его провозглашением ничуть не изменилась». Им, жаждущим исключительно видимых выгод, трудно понять резоны верующих. И это неудивительно. Они оценивают действия в зависимости от того, какую пользу или вред эти действия принесут для достижения их цели. Показательно, что польза или вред для религии каждого мусульманина в отдельности в расчет не берется, а под общими интересами подразумевается сохранение своих соучастников и продвижение их стратегии. Отсюда и «вынужденные» отклонения от принципов акиды, и нарушения шариата «для общей пользы», и нападки на остальных мусульман, «приносящих вред исламу». Проще говоря, для достижения практических «общественно полезных» целей, подвергаются искушению убеждения конкретного мусульманина. Прав амир СейфуЛлах, сказавший: «Мотивация наших поступков и понимание действительности прямо зависит от нашей акиды». Тем, у кого акида поражена недугом или вовсе отсутствует, никогда не постичь чаяний и приоритетов мусульман.
Стремясь заслужить благосклонность масс, они, как заклинание, повторяют: «Конституция ЧРИ — это закон, по которому ее граждане условились жить. Парламент и Президент — это люди, которых выдвинул народ» и т.д. При этом противники Таухида обвинили муджахидов в том, что «они и политические устремления народа не составляют единого целого». Поистине, муджахиды не ищут довольства людей вопреки довольству Аллаха, и не ждут поддержки пресловутого большинства.
Сказано в Къуране: «И если будешь слушаться большинства из тех, кто на земле, то они сведут тебя с пути Аллаха». (аль-Анам, 116)
Пророк (с.а.с.) сказал: «Кто добьется довольства Аллаха, вызвав негодование людей, того Аллах избавит от людей; а кто добьется довольства людей, разгневав Аллаха, того они ничем не избавят от Аллаха» (ат-Тирмизи и Абу Наим в «аль-Хилйа»).
Имам ан-Навави в книге «Маджму Шархьул — Мух1аззаба аш-Ширазия» пишет: «Не будет обращаться внимание на согласие или не согласие масс. Поистине это не допускается, так как массы народа обязательно будут подражать какой-то группе из себя, которая будет влиять на массы агитацией и криками…»
Они сравнивают амиров муджахидов с амирами «мирных джамаатами», говоря, что между ними нет разницы из-за отсутствия реальной власти, и приводя неуместные доводы из ранее опубликованной работы амира СейфуЛлаха, при этом намекая на его фальшивость и непостоянство. Да накажет Аллах клеветников! Для любого искреннего верующего очевидно, что между муджахидами, отрекшимися от куфра и противопоставившими себя ему, и «легитимными мусульманами», вынужденными подстраиваться под куфр, разница колоссальная и принципиальная.
Показательно, что противники Шариата не стесняются утверждать, что «для того, чтобы отвечать за население определенной территории, любой власти нужно иметь на ней свою администрацию». В нынешней Чечении есть две силы — с одной стороны отступники вкупе со смирившимися, с другой — воины Аллаха». Где место тех, кто именует себя «Ичкерией»? Очевидно, что очень далеко оттуда, да и то исключительно в виртуальном формате.
Итак, как уже было сказано выше, Шариат — это средство для достижения цели. Но цели, как и люди, бывают и искренними, и лживыми. Но «Аллах непременно узнает тех, кто уверовал, и непременно узнает лицемеров» (аль-Анкабут, 11)
Как сказал о том амир СейфуЛлах: «Все предписания шариата мы должны выполнять не ради их самих, они не должны быть для нас самоцелью, а только для того, чтобы угодить Аллаху. И тогда, с помощью Аллаха, мы перестанем повторять одни и те же ошибки. Никакая промежуточная цель, и никакое предписание шариата не может быть главной целью, и тем более смыслом жизни. СМЫСЛ ЖИЗНИ — ПРАВИЛЬНОЕ ПОКЛОНЕНИЕ ОДНОМУ АЛЛАХУ, А ГЛАВНАЯ ЦЕЛЬ — ЗАСЛУЖИТЬ РАЙ, поклоняясь Одному Аллаху, стараясь быть покорным Ему всегда, везде и во всем».
Аллаху Акбар!
Жанна Белоева
СКЖ
Kavkazan Haamash
Наша кнопка
версия для печати
